Репродуктивное насилие — новый термин в женском словаре. Это часть новой парадигмы репродуктивного правосудия, о которой в мире начали говорить в 1994 году, а в России вспомнили на фоне законопроекта Валерия Драганова о необходимости согласия супруга на аборт жены. Насилие в репродуктивной сфере означает, что беременность может быть оскорблением. MedAboutMe рассказывает, что это за вид абьюза и как он проявляется.
Справедливое размножение
Хотя в нашем обществе принято считать мужчин «обманутой стороной»: это их порой ставят перед фактом беременности и вынуждают к браку, однако есть и противоположная проблема. Совсем не редкость, когда женщины вынуждены беременеть вопреки своему желанию, и речь совсем не об изнасилованиях и не о средних веках, когда вопросы контрацепции ограничивались воздержанием во время поста.
Сегодня более половины всех зачатий в развитых странах случается непреднамеренно. Хотя в этих ситуациях было бы легко предположить, что контроль над рождаемостью оказался неэффективен, или что люди были просто неосторожны, исследование по поводу жестоких отношений в парах показывает, что часть этих непреднамеренных беременностей является результатом репродуктивного насилия.
Репродуктивное принуждение — это особый тип насилия со стороны интимного партнера, в котором один из партнеров использует незащищенный половой акт, чтобы увеличить шансы на то, что другой партнер забеременеет. То есть оно всегда направлено от мужчины к женщине.
Репродуктивное насилие — это когда кто-то контролирует, когда вы забеременеете.
Это когда кто-то заставляет вас продолжать беременность, которую вы не хотите, или прекратить беременность, которую вы действительно хотели.
Это может быть противозачаточный саботаж. Это может быть эмоциональный шантаж. Это может быть изнасилование.
Это любое поведение, направленное на установление и поддержание власти и контроля путем ограничения репродуктивной автономии женщины, лишение ее контроля над решениями, касающимися ее репродуктивного здоровья, и ограничение ее доступа к вариантам репродуктивного здоровья.
Специальные общественные или благотворительные организации, как «Дети по выбору», помогают осознавать случаи принуждения к беременности и избегать их и последствий. Среди их клиентов женщины, у которых были противозачаточные таблетки, выброшенные мужем в унитаз, внутриматочные спирали (ВМС), буквально вырванные из них партнерами, а также принуждение к аборту под угрозой побоев. Отказы партнера от использования презервативов — самый распространенный вариант, и его последствия медики видят по частоте повторных обращений за терапией ЗППП и тестах на беременность.
Почему изобретение именно оральных контрацептивов стало переломным моментом в контроле за рождаемостью? Ведь ко времени их изобретения в середине ХХ века уже несколько веков существовали презервативы, а приобрести их в последнюю сотню лет было не сложно. Например, ответственные капитаны кораблей флота Великобритании, не желавшие списывать на берег матросов с болезнями, имели возможность приобретать коробки по 500 презервативов и снабжать ими всю команду.
Все очень просто. Презервативы на тот момент действительно снижали чувствительность, и пользовались ими в простом народе только для защиты от ЗППП. А при интимных отношениях с женой от них отказывались, предоставляя ей беременеть и решать дальнейшие вопросы самостоятельно.
После распространения оральных контрацептивов количество родов в одном только Лондоне снизилось в 15 раз. И это иллюстрация масштаба нежелательных беременностей, которых женщины могли бы избегать, если бы мужья не отвергали использование мужских средств защиты.
Невидимое насилие: любишь — докажи
Если случаи физического насилия вызывают ужас и недоумение, то эмоциональное принуждение настолько распространено в отношениях мужчин и женщин, что считается почти нормой. И да, в этой игре участвуют оба пола, однако женщины биологически более уязвимы: вынашивать и рожать или, наоборот, прерывать беременность или не допускать зачатие из-за желания партнера приходится именно им.
У нас была одна молодая женщина с нежелательной беременностью, которая рассказывала, что ее партнер неоднократно говорил такие фразы, как: «Ты не хочешь забеременеть от меня, потому что это будет означать, что другие парни, с которыми ты погуливаешь, тебя перестанут хотеть.» Поэтому он заставлял ее сохранять беременность как способ доказать, что она ему не изменяет.
Вариантами давления и шантажа могут быть и слова «если не согласишься, я уйду к другой», и отказ в выделении денег на покупку контрацептивов или аборт, да и просто классическое «если ты меня любишь, то…» Распространен обман при использовании презервативов, непрерванный половой акт, проколы презервативов… Все это — способы вынудить женщину выполнять желания другого человека.
Согласно исследованиям в США, каждая пятая молодая женщина сталкивается с репродуктивным принуждением в той или иной форме. Если отношения сами по себе включают элементы насилия, то процент принуждения к беременности или риска зачатия резко возрастает. Особенно высоки риски у молодых девушек, так как среди этого возраста распространено мнение, что контроль — это проявление любви. «Он меня очень любит и хочет ребёнка», «он говорит, что мы не должны пользоваться презервативами, если я его люблю так же, как он меня» и т. д.
Репродуктивное насилие более характерно для групп населения с низким образовательным уровнем, с доходами ниже среднего, в криминальных кругах. То есть среди тех женщин, у которых и так высоки шансы на половое, физическое, семейное насилие. Более того, именно им будет тяжелее всего в случае, если законы станут ограничивать решения на аборт или прерывание беременности не будет больше оплачиваться по ОМС. Количество самостоятельных и подпольных абортов резко возрастет.
Зачем это мужчинам?
Если не брать явные примеры психотических насильников, то в основном причины на первый взгляд довольно понятные. А нередко и довольно «благородные», и вполне естественные: «иметь семью», «продолжить род», «доказать, что я мужчина: родить сына» и т. д. Ну а беременность и рождение ребёнка — это факторы, из-за которых абсолютное большинство женщин оказываются в полной зависимости от мужа, что увеличивает возможности для давления.
Но все причины давления, если мнение женщины не учитывается, объединяются одной ведущей: женщина — не равноправный партнер и не самостоятельная личность. Вместо выстраивания нормальных отношений ее можно подчинять и использовать для своих целей. То есть это — контроль ради контроля, характерная черта классического портрета насильника.
Проблема с репродуктивным принуждением заключается в том, что многие женщины до сих пор не признают это поведение как насилие. Если бы вы спросили их, испытывали ли они насилие в семейных отношениях, они, вероятно, скажут, что нет.
Чтобы помочь понять особенности своей семейной ситуации, мы создали карточки для терапевтов, гинекологов и пациенток. Цель пособий для врачей — помочь женщинам понять связь между тем, что происходит у них в семье, и обращением в клинику. Например, внимания требуют пациентки, которые часто проходят анализы на беременность или курсы лечения от ЗППП. Несколько абортов — явный красный флаг.
Каким же образом ситуация может доходить до нескольких абортов, нежелательной беременности или постоянных инфекций половых путей? Это же дикость, ни один нормальный человек, мужчина он или женщина, не согласится на подобные отношения. Так в чем дело?
Синдром вареной лягушки
Главная проблема — ни одно семейное насилие в любом его виде не начинается сразу с агрессии. Иначе бы такие дисфункциональные семьи не существовали бы в принципе, ну разве что в садомазохистских парах, где оба партнера получают удовольствие от своих ролей.
На первом этапе насилие совершенно незаметно или отлично маскируется под романтический «флер». Однако по окончании «буфетно-конфетного периода» поведение агрессора, причем не важно, какого он пола, все чаще склоняется в сторону контроля. Как правило, сначала это эмоциональное давление, обиды, требования, оскорбления. Ссорами, манипуляциями, ревностью и запретами партнера отдаляют от друзей и близких.
Тот, кто находится в подчиненном положении, старается понять, почему так происходит. Мужчины при этом чаще начинают сопротивляться и бунтовать, ну а женщины, в соответствии с устоями и общественным мнением, берут вину на себя и пытаются отвечать за «погоду в доме». При этом большинство статей, «правил семейной жизни» рекомендуют именно женщинам идти на компромисс, договариваться, изменять себя. И характерный обывательский совет — завести детей для укрепления семьи — приводит к дополнительному фактору и репродуктивного насилия, и более глубокой зависимости.
В части семей психологическим насилием все не ограничивается, и ситуация переходит на физический уровень. При этом большинство женщин, уже старательно пытающихся «подстроиться» и «найти компромисс», надеются, что вот первым синяком все и закончится. Ну, в крайнем случае, вторым. Третьим... Поведение насильника после вспышки также резко меняется в лучшую сторону: раз жертва принимает новые правила, то достойна любви до следующего эпизода. И это дает дополнительную надежду.
Чаще всего окружающим вся картина не видна: агрессоры могут создавать впечатление прекрасных семьянинов, манипулируют мнением друзей и знакомых. Если прибавить к этому все еще существующий в некоторых общественных группах принцип «бьет — значит, любит», то женщина оказывается без поддержки. Она не смогла выстроить семью так, чтобы муж был доволен и не срывался. И идти за помощью ей некуда, или она боится, что там ее тоже обвинят.
Выйти из ситуации семейного насилия сложно. Это тот самый «синдром вареной лягушки»: если лягушку поместить в кипяток, она выпрыгнет сразу же. Если же сначала температура воды будет комфортной, а потом начнет постепенно нагреваться — лягушка сварится, так как реагировать на постепенные изменения сложно. Этот же принцип работает в давлении и контроле, причем как с женщинами, так и с мужчинами. Не будем скрывать, немало мужчин в семьях также принуждают к воспитанию нежеланного ребёнка, к браку «по залету», к жизни на условиях жены. Качественно ситуации различаются не сильно. Однако количественная разница существенна: исторически в мире и в семьях доминировали мужчины, и, хотя сегодня эта ситуация смягчается, примеры различного вида насилия над женами, как показывает статистика, есть в каждой пятой семье.
В патриархальной культуре, среди которой мы живем, распространены предпосылки к насилию над женщинами. Более того, феномен в том, что женщина оказывается еще и причиной агрессии.
При работе со случаями семейного насилия мужчины склонны оправдывать себя психологическими травмами, стрессами, неуверенностью в себе, даже страстностью. И все это — вместе с мнением, что уж женщина-то должна была «понять», «войти в положение», не винить, а то и «помочь мне стать лучшим мужем». То есть ответственное за насилие лицо — женщина. Она не «поняла», не исправила положение или вовремя не ушла.
И причина — распределение гендерных ролей в наших «традиционных семьях». Из чего складывается роль «хранительницы очага»?
- Жена ответственна за эмоциональный климат в семье. Стереотипы о том, что «мужчины не понимают в этих эмоциях», а женщины, напротив, «более эмоциональны», заставляют жен «прислушаться и потерпеть». Ну а для настоящего мужика работает стереотип «Кто в доме главный».
- «Супружеский долг» должен выполняться вне зависимости от желания. Так, общественное мнение и различные «советы психологов» направлены на «соблазнение» нежелающего интима мужа или способов «настроить себя на контакт», если жене самой требования кажутся излишними. При этом если увеличения количества актов или, наоборот, снижения их частоты желает жена, то она или «нимфоманка», или «фригидная стерва». Мужчинам же предлагается не соблазнять или соглашаться, а настаивать на своем.
- Женщина — лицо, ответственное за сохранение семьи и брака ради факта брака или для детей. Это она — старая дева и «разведенка с прицепом», мужчина — свободный холостяк.
- Приоритет у жены — семья. Если она выбирает между общением с подругами и мужем в пользу подруг, она эгоистка. Мужчина при выборе семьи оказывается подкаблучником. То же происходит и при смене места жительства, при отказах от хобби — женщина замыкается на семье и лишается «подушки безопасности».
Такие требования настолько глубоко встроены в нашу культуру, что почти незаметны, если не относиться к ним критически. Стоит ли удивляться, что насилие вначале игнорируется или поощряется как часть отношений, а потом вся вина оказывается женской. Почему не уберегла семью или почему вовремя не ушла? Сама, дура, виновата.
Что делать? Можно ждать, когда начнутся всевозможные программы просвещения и помощи, а до того момента «понимать» и терпеть. А можно обращать внимание на первые признаки насилия и сопротивляться им или выходить из отношений вовремя. Так, при первых встречах симптомами того, что мужчина склонен к контролю над поведением дамы, будут следующие поступки:
- чрезмерная щедрость, красивые жесты (за которыми часто следует просьба «оплаты», к примеру, интимом или «вечной любовью»);
- ревность, особенно в сочетании с контролем времени, круга общения, в том числе и с родственниками;
- чрезмерная идеализация женщины: она самая-самая (а значит, ей придется соответствовать идеалу вопреки своим желаниям);
- рассказы о желании завести совместного ребёнка, что тоже может быть частью попытки «привязать» и контролировать;
- жертвы и одолжения, о которых женщина не просила («я ради тебя все бросил/провалил сессию/не поехал на рыбалку»).
Как ни печально, но все эти признаки — часть романтического идеала, который внушается девочкам с раннего возраста. Вот он, принц, который приехал, решил все проблемы и оградил от враждебного мира. К несчастью, сказки не рассказывают о том, кто потом плачет ночами, скрывает синяки, вынужден идти на аборт или рожать нескольких детей, «потому что он так хочет». Распознавать избыточную романтику, скрывающую будущие риски насилия в семье, надо учиться и самим взрослым дамам, и обучать этому своих детей.
