13.11.2016 5465

Фридайвинг для незрячих: под воду без дыхания и зрения

Автор - врач кардиолог

Аршинова Ирина Александровна

Эксперт

Голубев Михаил Аркадьевич

Михаил ВойцеховскийКто из обычных здоровых людей может похвастаться умением нырять на десятки метров без акваланга или задерживать дыхание под водой на несколько минут? В гостях у MedAboutMe Михаил Войцеховский, один из основателей екатеринбургского социального движения «Белая трость», занимающегося проектами инклюзии. Михаил не только увлекается яхтингом, путешествиями, умеет нырять на глубину, плавать под водой и при этом довольно долго обходиться без воздуха. Он — полностью незрячий человек.

Как это возможно: погружаться в невидимую толщу воды и при этом не дышать, что нужно, чтобы решиться и, главное, зачем это может понадобиться?

Зачем нырять, не видя ничего?

Зачем нырять, не видя ничего?

— Михаил, главный вопрос, который очень интересен: зачем? Зачем Вы пошли на курс фридайвинга?

— На самом деле, когда я пошел на курс в первый раз, я сам до конца не понимал, зачем. Люди обычно ныряют, чтобы разных рыбок посмотреть, увидеть, что там под водой. В чем смысл ныряния для меня?

В итоге я подумал, что надо попробовать и там уже по факту решить. И попробовал. И оказалось, что погружения — это не про зрение, это про тело, сознание и тебя самого.

Вообще о фридайвинге можно долго рассказывать, но это даст очень ограниченное представление о процессе, об ощущениях, атмосфере, о том, как меняется самосознание. Это и удивляет, и затягивает.

— Что Вас удивило, когда Вы только пришли на курс?

— Во-первых, подготовка к погружениям. Я считал: придем, наденем ласты, маски и будем нырять. Ну и удивило, конечно, что вместо этого с самого начала была долгая теоретическая лекция о том, как и что происходит с организмом, какие реакции возможны, нормальны, что может быть негативным. У меня есть медицинское образование, и эта установочная лекция о физиологии, особенностях дыхания, кровяном сдвиге, нырятельном ответе млекопитающих была очень интересна.

Второй удивительный момент — атмосфера. Это совершенно особенные люди, со своим ритмом, взглядами на жизнь, очень позитивные. В эту атмосферу погружаешься чуть ли не быстрее, чем в воду.

Среди видов спортивных активностей в Российской Федерации спорта слепых есть такие, как биатлон, велоспорт, легкая атлетика, горные лыжи, дзюдо, стрельба, боулинг… Первый в мире курс фридайвинга, погружения в воду на задержке дыхания, был разработан и внедрен инструкторами и руководителями организаций фридайвинга Aqulibrium и Homo-Aquaticus Константином Борисовым и Николаем Канивцом.

В рамках концепции инновационного курса фридайвинга для людей с ограничениями зрения были созданы методики и технологии, как теоретического, так и практического обучения, отработан формат преподавания, созданы специальные системы направляющих от буйков и схемы парного погружения. Разработка методик и технологии обучения заняла более двух лет. Курсы базовой подготовки и продолжения обучения, разработанные инструкторами, прошли апробацию, проверку, проводятся в России и готовы для внедрения как в российских школах фридайвинга, так и в других странах.

Фридавинг — это не «рыбок посмотреть», а дисциплина самопознания

Фридавинг — это не «рыбок посмотреть», а дисциплина самопознания

— А какие-то новые возможности Вы отметили в процессе курса?

— Меня буквально взбудоражили эти возможности, которые просто взялись и появились. В первый же день в статическом упражнении оказалось, что я могу не дышать 2,5 минуты. 150 секунд без дыхания. Фактически только благодаря медицинскому образованию я знал, что такое возможно, но не так же сразу. А люди, не знакомые с теорией, думают, что максимум можно не дышать минуты полторы, и это предел.

Были и другие вещи, которые я раньше отмечал на практике, но не так явно. Например, когда постановка цели снижает результат: доходишь до цели, и все, силы кончаются. А когда ты делаешь что-то в кайф, получаешь в итоге в полтора раза больше. Фридайвинг очень доходчиво это демонстрирует: наше сознание часто не представляет, на что мы на самом деле способны.

И вот эти ощущения, работа с сознанием, когда замедляешься, вместо того, чтобы спешить, все сделать быстрей — это цель, которую можно внедрять и в обыденной жизни. Стоит нырять ради этой работы с собой, самопознания, ради момента осознания себя в пространстве.

В процессе подготовки и обучения инструкторы также пришли к некоторым удивившим их выводам: так, например, оказалось, что зрячий фридайвер с завязанными глазами (этот метод использовался при отработке курса) на задержке дыхания способен проплыть намного более длинную дистанцию, чем с открытыми глазами. Эту технологию, основанную на депривации зрительной функции, планируется использовать для тренировки студентов, чтобы расширить возможности тела. А во время преподавания теории инструктор с завязанными глазами намного более доходчиво доносит материал: меняется темп речи, снижается желание жестикулировать, объяснять все «на пальцах».

Неожиданные эмоции: погружение в себя

Неожиданные эмоции: погружение в себя

Михаил Войцеховский: «Я не ощущаю себя невидящим человеком, когда ныряю».

— А как получилось организовать весь курс?

— Через клуб Homo-Aquaticus и нашу »Белую трость».

— Это благотворительная организация?

— Нет, »Белая трость» — социальное движение, автономная некоммерческая организация, помогающая людям с ограниченными возможностями приобрести опыт полноценного взаимодействия с окружающим миром. Инклюзия — это такой процесс, который действует позитивно на обе стороны: и на инвалида, и на ту команду, в которую он включается. То есть, если инвалида исключить, процесс потеряет что-то важное. Часто инклюзию понимают под тем, чтобы взять в команду инвалида и покатать его, решить все его проблемы и т. п. Делая за человека то, что он может сделать сам, мы лишаем его, во-первых, опыта, во-вторых, уверенности в себе, и, главное, какой-то душевной силы, необходимой для действия...

Поэтому мы занимаемся увеличением активности людей и направлением ее в созидательное русло. Мы ни с чем ни за что не боремся — мы включаем в свои проекты разных людей: инвалидов, родителей детей-инвалидов, людей в различных кризисных ситуациях, от потери работы до каких-то личностных кризисов. Много у нас творческих людей, ищущих какого-то нового видения на мир и т. д. Вообще, я этим занялся по очень простой причине. Я вдруг понял: если ты хочешь жить в «своем мире» — его необходимо создать. Вот мы и пытаемся творить потихоньку свой мир. Точнее, каждый человек — свой.

— Вы сейчас продолжаете курс? Статические дисциплины, погружения на глубину?

— На глубину да, но с понятными ограничениями, нам советовали «далеко не заходить». Моя средняя глубина — 20 м. Я ныряю не так, чтобы проскочить эти метры, достичь цели и вернуться назад, а чтобы в процессе все прочувствовать. Вода — это стихия, и с ней надо уважительно работать. Занимаюсь сам в бассейне рядом с домом.

Вот показатели статической задержки дыхания в воде печальны, для этого нужна техника, упражнения. Хотя ею как раз можно заниматься не только в бассейне.

— Михаил, я знаю, что под Екатеринбургом есть затопленный карьер, где любители глубины погрузили под воду всякие удивительные предметы: стиральные машины, автомобили, очищенные от технических жидкостей…

— Да, и самолет, и электричку. Я там был, атмосфера в этом месте прекрасная. Удивительные люди. В любом деле очень важно, какие люди им занимаются. А фридайверам жизненно важны свои ощущения, взаимовыручка, поддержка друг друга.

Эндорфины, честность и изменение реальности

Эндорфины, честность и изменение реальности

— Что мне дал фридайвинг? Открытие новых ощущений. Я представлял себе все это не так, не ожидал ни найти такие возможности в себе, ни обнаружить способность ощущать подобные состояния, когда ты в единении находишься со своей физиологией, чувствуешь каждую клеточку. Искренне был удивлен возможностям человека. Причем буквально за полгода до курса меня спрашивали, на какое время человек может максимально задерживать дыхание? Я ответил: «На 5 минут». А мне говорят — вон там пишут, что на 12! И я думаю: врут все журналисты.

Жизнь меня поправила. Я получил отличный урок о наших представлениях, о том, как они отличаются от действительности.

При этом со фридайвингом я на самом-то деле знаком давно, мой знакомый ныряет около 15 лет. Но я совершенно не интересовался этим видом спорта. И, вероятно, если бы подольше подумал, я бы и на курс тоже не пошел. У нас есть картинки в голове, которые мы очень неохотно меняем, а они не соответствуют действительности. В мире есть что-то настолько удивительное, поразительное, а мы об этом не догадываемся. Мне интересны изменения, эндорфины и ощущение радости жизни — это все дает фридайвинг.

В целом получилось примерно, как с яхтингом. Когда мне предложили войти в состав инклюзивной команды для экспедиции «Паруса духа», я сразу засомневался. Что мне там делать? Они там ходят под парусом, смотрят на берега, а я? Подумал, что один раз схожу, чтобы решить для себя. А оказалось, что в яхтинге самое важное — встречи с новыми людьми, в новых портах. И ты в единстве со стихией: несмотря на то, что ветер дует не туда, куда надо, ты сотрудничаешь с ним и побеждаешь. Не идешь против обстоятельств, но и не поддаешься им. Это очень искренний и честный процесс.